В последние годы в России стала ощутима тенденция популяризации предпринимательства — в том числе, предпринимательства в инновационном секторе. Вроде бы высокотехнологичный бизнес должен стать «модным», вроде бы, воодушевленные примером Джобса и Брэнсона, молодые люди должны не бояться создавать собственные компании — однако пока этот процесс в стране идет не так уж активно. Потому что помимо повышения престижа инновационной деятельности, государству нужно заботиться и о создании условий для ее осуществления.

На Западе предприниматель – существо неприкосновенное, права собственности которого государство не дай бог нарушит. В России собственный бизнес сопряжен с необходимостью постоянно ломать консерватизм общества, с административными барьерами, постоянными налоговыми проверками.

Разумеется, негативный деловой климат очень и очень тормозит инновационный процесс в стране. Да, сегодня сформирован инструментарий для господдержки венчурных проектов, однако тех, кто способен будет воплотить замысел государства, все еще очень мало. В России нет достаточного количества подготовленных для работы в инновационном секторе участников рынка. В США сотни венчурных фондов, которые борются между собой за перспективные стартапы; много кадров, готовых выводить на рынок разработки, в университетах; так что на Западе инновации – это поток. А у нас, увы, на всю страну не больше полусотни венчурных инвестиционных компаний… Это просто катастрофически мало.

Но остается искренне верить: то, как государство сегодня «тянет за уши» частных инвесторов, корпорации, коммерческие фонды, — к чему-нибудь да приведет.

Однако все эти усилия, пожалуй, будут потрачены впустую, если государство не решится сделать вполне понятные шаги, которые были предприняты в других странах для улучшения условий ведения бизнеса. Например, введение налоговых льгот для бизнес-ангелов в США привело к тому, что инвестировать в разработки стало множество успешных американских предпринимателей. Почему бы нам не попробовать тот же рецепт? То же самое касается и внедрения инноваций в корпорациях, и инновационной активности вузов – во многих государствах это уже «заработало», так почему бы нам не умерить чуть свою гордость и не «поподражать»?

Больше всего от внутренних изъянов деловой среды страдают, конечно, начинающие инновационные фирмы. А учитывая то, что в нашей стране налицо «перекос» в сторону венчурных инвестиций, российским компаниям на стадии «посева» приходится особенно трудно.

Статистика сделок на венчурном рынке в 2012 году, предоставленная РВК.. Объем -в млн долл. США.

Показатели активности игроков венчурного рынка на посевных стадиях — посевных фондов и бизнес-ангелов. Данные — из отчета РВК и ВЦИОМ, посвященного инвестициям в стартапы ранних стадий.

Мы решили попытаться бороться с подобными диспропорциями на рынке. Одна из запущенных программ нашего Московского Венчурого Фонда нацелена именно на посевное финансирование проектов — совместно с бизнес-ангелами и частными посевными фондами. Мы выдаем проектам инвестиционный займ в размере до 8 млн. руб., под 12% годовых. В июле этого года мы отобрали около десятка инвесторов (признаться, количество участников конкурса превысило все наши ожидания, и мы были вынуждены ограничить число победителей) – и вот уже утвердили первые семь сделок.

Как мне кажется, государству, помимо программ софинансирования, важно проводить еще и образовательные мероприятия для частных инвесторов, чтобы повышать их компетенции. Нужны специальные тренинги, возможно, онлайн-сервисы для обучения сотрудников инвестиционных компаний.

Однако о верном направлении вектора господдержки инноваций, так или иначе, можно будет судить лишь по прошествии времени. Пока же определить, какое влияние на бизнес оказала та или иная мера, нельзя — ведь бизнес от идеи до стабильной компании может вырасти только за несколько лет. Именно в тот момент мы должны будем проанализировать истории успеха, оглянуться назад и сделать вывод о содеянном.

На данном этапе российскому венчурному рынку нужны стабильные законы, определяющие его существование. Хочется верить, что отечественную инновационную отрасль не затронет типичная для российской экономики проблема «постоянной перемены характера».